Путь Души, или Тень Леопарда. Глава XXVII — Откровения Линии Времени (часть 2)
ПУТЬ ДУШИ, ИЛИ ТЕНЬ ЛЕОПАРДА
ГЛАВА XXVII — ОТКРОВЕНИЯ ЛИНИИ ВРЕМЕНИ (вторая часть)
Окончание главы
Итоговые показатели после проведения этой техники были максимально высокими. На очереди была Линия Времени. Но надо было явно передохнуть. Делясь впечатлениями с Наталией, Виктор пытался у неё уточнить: что же происходило с ним? Но она была измотана и «выжата, как лимон», как и он сам. Только через пару часов после отдыха Виктор, наконец, уточнит все любопытные детали прохождения этого этапа их работы с Тёмным Забвением.
«Линия Времени» как психотехнология не является чем-то таким уж запредельным по своей сакральности, особенно в наше время. Это один из простых, но крайне эффективных инструментов НЛП для решения глубоких психологических проблем человека. С Линией Времени возможно погрузиться как в прошлое, так и в будущее, найти истоки конкретных проблем, которые безсознательное помещает в самые дальние уголки памяти, вытесняя ассоциированные с этим событием травмирующие ситуации из сознания в Тень. На самом деле результативность этого действа делает не техника сама по себе, а люди, решившие изменить жизнь, которые могут превратить исполнение алгоритма этой психотехники в глубокий творческий процесс. Хотя, надо сказать: само пребывание на Линии Времени уже может дать очень глубокий, образный и полезный отклик. Как будто сама ассоциация с ней по определению вводит человека в глубокий транс, открывая удивительные внутренние миры его души.
Виктору с Наталией надо было найти тот самый момент, когда в жизни Виктора «включилось» Тёмное Забвение, как энергоинформационная структура и начала искажать нынешнюю жизнь в этом теле. Они определили направление его Линии Времени, отметили точку настоящего, точку рождения...
На самом деле правильное проведение, корректная работа с Линией Времени очень важны, что касается также и всех эффективно работающих психотехник. Поэтому Виктор не стал вдаваться в тонкости и утомлять деталями читателя.
В будущем, для фиксирования уже исполненного, Виктор с Наталией отметили результат их работы и соответствующий «эффект». В «результатах» Виктор увидел себя в большом белом моторном катере, с наслаждением на высокой скорости, рассекающим лазурную гладь моря, почему-то в белой капитанской фуражке. «В эффектах», а это чувства, удовлетворение, вообще всего того, что это даёт человеку: увидел себя в горах с походным рюкзаком за плечами. Дух захватывало от вида с вершин гор в сторону бренной долины. Виктор получал колоссальное удовольствие от единения с Природой, достижения взятых высот, восторженного и уже преодолённого привычного страха высоты, всецелого единения с друзьями, что присутствовали там, от ощущения нахождения на Вершине Мира. И хоть эти исходные были привычными, далее они увидят, что здесь также будут сюрпризы...
Обычно те, кто проходит по Линии Времени, сильно погружаются в соответствующий контекст своего прошлого, когда картинки травмирующих событий просто сами всплывают из памяти. Причём в обычных условиях могут совершенно их не помнить.
Возвращаясь в прошлое, Виктор ожидал, что скорее всего его «потащит» в перинатальный период или прошлые жизни, что иногда тоже случается, когда «причина» не находится на Линии Времени конкретного воплощения, из которого всё и делается. Однако «это» вывело в пятилетний период именно его возраста. Он, как в кино со стороны увидел себя маленького во дворе трёхэтажного дома, построенного ещё пленными немцами после войны. Он сидит на трёхколёсном велосипеде со сломанной пластиковой красной звездой-ракетой в основании руля, как бы вместо фонаря. Ребёнок удивлённо смотрит на самого себя. В середине двора двух домов, создающих собой этот самый двор, находится глубокий колодец. Водопровода тогда не было, все набирают воду именно из колодца. Его деревянная крышка не запирается. И Виктор неожиданно вспомнил, как тогда, будучи совсем маленьким, решает исследовать манящие загадкой недра колодца...
Там, глубоко внизу, таинственно и завораживающе переливалась искрящимися бликами колодезная вода в далёком кольце у самой её кромки. Его начало затягивать в этот образ. Неожиданно наступила полная звенящая тишина. Правая рука вдруг соскочила с мокрой деревянной доски. Маленький Виктор завалился набок и, заскользив, стал падать прямо в колодец... Ужас тогда сковал тело. Он даже не мог крикнуть и позвать на помощь. Мгновения этого чувства скорой смерти вспыхнули в нём, охватывая целиком и полностью. И «Это» вдруг начало происходить...
Тут же зрение Виктора, как ему показалось, изменило своё фокусное расстояние. Он, будто оперируя фотографическими терминами, смотрел на внутреннее пространство колодца на этом самом широчайшем угле зрения. Все предметы стали мелкими, а видеть он стал очень широко и повсюду вокруг. Движение в его реальности резко замедлилось и остановилось...
В этот момент свет померк в глазах, но «вспыхнуло» большое тёмное, багрово-красное размытое пятно. Зрение быстро восстановилось.
Мрачное подземелье. Виктор увидел горящее пламя, его мрачные красноватые, пляшущие отблески на стенах. Он как будто смотрел снизу-вверх, но, находясь лёжа, видел себя также сверху, как и людей, склонившихся над телом. Вокруг стояли незнакомые, странные, обнажённые по пояс люди с гладко выбритыми головами. Их глаза искрились красным жутковатым светом. Они что-то говорили, монотонно пели, медленно двигали руками, смотрели друг на друга, делая глухие краткие замечания на незнакомом, гортанном, но красивом певучем языке. Виктор был стройным юношей и, похоже, лежал на спине, смотря остановившимся взглядом прямо вверх. Зрение по-прежнему было сферическим. Если кто-то наклонялся к нему, лицо человека резко искажалось и занимало почти всё видимое пространство. Один из них протянул над ним руку с чёрной каменной чашей, начав проливать на тело в области груди темно-красную тягучую жидкость. Виктор ничего не почувствовал, но одновременно понял, что не ощущает вообще ничего. У него «в ногах» стоял высокий, худой, очень неприятный с виду старик в накидке из шкуры леопарда, с острым, длинным, немного загнутым вниз крючковатым носом, как у стервятника. В руках высокий посох – жезл уас[4] с головой остромордого чудовища с высокими ушами в его навершии[5]. Он поднял посох и три раза ударил им о камень пола, произнося гортанным голосом какие-то пугающие, нечеловеческие звуки. Последнее, что Виктор помнил, так это то, что все эти люди замерли... Страх чего-то тёмного и неизбежного проник во всех присутствующих и в Виктора тоже. Вокруг него вдруг начал закручиваться, словно хоровод лиц людей, образов незнакомых и таинственных храмов, жёлтых песков, оскаленных пастей чудовищ с большими острыми клыками, с горящими злобой красными глазами. Эта бешеная, неистовая образная карусель вертелась всё быстрее и быстрее, голоса срывались в искажённое «мычание» и пронзительные глубокие стоны. Это словно на большой скорости перемотки магнитофонной ленты было включено смазанное воспроизведение звуков этой страшной реальности. Общий видимый образ превратился в вызывающую животный страх закручивающуюся чёрную спираль. Виктору казалось, что он кричит от отчаяния...
Вдруг чья-то жёсткая рука крепко схватила его за ногу, и Виктор осознал, что этот маленький мальчик, он сам, уже падал в жуткую глубину колодца. Его вытащил молодой парень в мятой чёрной кепке. Виктор запомнил о нём лишь то, что его уши были сильно оттопырены...
— Ну! Жить будешь, — ухмыляясь, добродушно, тепло, одновременно тяжело дыша, резко выдохнул спаситель…
Тут включились окружающие звуки. Виктор услышал женские крики и надвигающиеся на него тени людей, что бежали на помощь. Жуткие образы жрецов и тёмного водоворота быстро исчезли.
Виктор совершенно не помнил эту сцену: происшествие с колодцем. Ему только рассказывали родители, что однажды он «чуть не упал в колодец». Для него это раньше было абстрактным и незначащим событием.
Так вот оно что, оказывается! Одновременно в этот момент, после виде́ния, в сознание Виктора пришло чёткое понимание, как срабатывает это самое Тёмное Забвение в каждом очередном земном воплощении человека, к которому оно было применено. Первая же сильнейшая травмирующая ситуация в жизни человека, когда он испытывает ужас или происходит неосознанное понимание возможно близкой смерти, «включает» в этом теле это самое Забвение. И затем оно, естественно, вместе деталями травмирующего события сразу подавляется и вытесняется в Тень. А уже оттуда начинает действовать, как провокатор, террорист, превращая жизнь человека в кошмар. В его же случае – не допускает в земную жизнь необходимых составляющих творение ресурсов: любви, радости, счастья, принятия, спокойствия, здоровья. Заменяет Бога его антиподами в канве событий жизни человека. Этот маленький мальчик был травмирован и серьёзно. Воздействие было внешним, нарушающим волю и выбор. В его судьбе запускался, компьютерными терминами говоря, зловредный вирус, заменяющий чистое и светлое грязным и тёмным. Теперь всё было окончательно понятно...
Продолжая работать на Линии Времени, надо было зайти в это событие за какое-то время и не допустить шокирующего финала, а главное: дать маленькому главному герою необходимые ресурсы для обеспечения другого варианта развития событий. Далее всё опять пошло не так, нарушая традиционную канву выполнения этой удивительной психотехники. Во время формирования «ресурсов» в пространстве проявился образ воина с длинным боевым копьём, на которое он опирался правой рукой. Внешне в нём узнавался легковооружённый греческий воин в изящных защитных металлических доспехах. И вообще, это, похоже, юноша, лицо которого скрывал традиционный коринфский греческий шлем с высоким наносником, широкими нащёчниками с гребнем из белой конской гривы. Это был явно непростой ресурс, личный архетип, поэтому, очевидно, он и являлся его комплексным ресурсом в этой ситуации. Воин с Виктором вошли за полчаса до известных уже событий и вместе прошли до этого происшествия, а затем немного вперёд. Далее Виктору надо было пройти путь уже в теле мальчика заново и затем довести его, взрослеющего, «до настоящего». Но воин, к удивлению Виктора, не исчезал, а видимо «оставался» как нужный ресурс. Воин, пока «не входил» в тело Виктора на Линии Времени, проходил с ним все те элементы работы, не меняясь. Это было удивительно, потому что обычно всё происходит хоть и затейливо, но гораздо проще и более традиционно.
Наступал важный момент. Виктору с мальчиком надо было пронести этот ресурс не только до настоящего, но скорректировать будущее и «пристроиться» к нему. Здесь Виктора и Наталию ждал очередной комплексный и странный сюрприз. Проходя до точки результата, Виктор увидел совершенно удручающую картину. Там, где он был «в капитанской фуражке» «происходила» статичная картинка какого-то европейского города. Это была явно деловая часть его центра. Самое любопытное, людей в этом месте не было, но общее впечатление было каким-то спокойным и полным принятия. Виктора это всё почему-то обескуражило. Посмотрев на точку «эффектов», он увидел призрачные фигуры. Рождалось ощущение, что это не пустота как таковая, а напоминание ему, что «он есть».
Подивившись этим странным картинкам и пришедшим мыслям, Виктор вернулся в своё время и сообщил Наталии, что ему срочно нужны ресурсы! Наталия предложила Виктору объявить о тех, которые он хочет получить. Первое, что он объявил: Полное Принятие. Это был огромный золотистый шар над ним. Шар легко «влился» в Виктора через затылок. Второй: Уверенность в Себе…
Виктор смотрел на пролетающую мимо стаю огромных орлов из окна большого зала замка на вершине высокой горы. Стая повернула в его сторону. В залу влетел большой белый орёл. Приблизившись, он торжественно обнял юношу и закрыл могучими крыльями. Виктор ещё тогда подумал: очень похоже на образ Исиды. Следующей была картинка, как будто Виктор в образе орла сидит среди отдыхающей группы таких же, как и он, орлов. Третьим ресурсом была Любовь. Неожиданно это оказалась вроде бы совсем земная женщина лет тридцати в длинном белом ниспадающем одеянии. У неё было слегка вытянутое лицо, пышные чёрные волосы, припухлые чувственные алые губы. Вдруг в Викторе включилось дополнительное понимание всего этого. В голове пошёл структурированный поток мыслей, чувств, полного осознавания: Богиня! Мать! Это Образ и символ всего Сущего на Земле. Образ Нестареющей Мудрости. Проявление Любви во всех максимально возможных ипостасях: от физической чувственной любви до высоко духовных её составляющих – всеобъемлющей Любви, светлой и фундаментальной. Образ женщины – «Любви» находился как бы слегка боком к нему. Она сидела на ступенях старой античной мраморной лестницы. Глаза были живыми, в них искрилось что-то невообразимо важное, свежее, одновременно чуть насмешливое. Она встала и пошла по направлению к Виктору. В этот момент вокруг неё как будто бы появились ниоткуда существа, похожие на ангелов-херувимов – маленькие золотистые румяные детишки с уморительно малюсенькими крылышками и забавными луками со стрелами в колчанах. Они о чём-то там хихикали и странным образом, но мило порхали вокруг Любви, что шла прямо к Виктору. Они что-то ей нашёптывали, поглядывая игриво в его сторону. Она подошла совсем близко. Виктор ощутил наэлектризованность и даже какие-то электрические разряды, что причиняли какую-то тонкую сладкую боль. Богиня взглянула ему в глаза, откинула голову назад и, легко засмеявшись, неожиданно вошла в него. Ощущение было неповторимым. В него вливалось то, что наполняло желанием жить и просто пребывать в самой Жизни, Творить Жизнь и наслаждаться ей...
Это продолжалось какое-то время, но вдруг произошло то, что, наверное, давным-давно должно было произойти. Пространство как бы взорвалось, одновременно раздвинув все размерности. Виктор стоял на Линии Времени и к нему подходил древнеегипетский бог Тот с головой Ибиса. Тот держал в руках небольшой сверкающий энергетический шар фиолетово-сиреневого цвета в диаметре около двадцати сантиметров. Он был выше Виктора где-то на целую голову.
— Приветствую тебя, — сказал мягко и веско Тот. — Прими Мудрость и Знание. Тебе они скоро пригодятся в испытании!.. Не расплескай!
Виктор неожиданно почувствовал в его голосе знакомую и неповторимую нотку тонкой иронии Тевта.
Виктор с благодарностью принял этот ресурс. Чудесный шар легко вошёл в его руки и растёкся по ним. Он чувствовал, как удивительная в ощущениях энергия течёт и входит в каждую клеточку тела. На мгновение вместо странного и строгого лика Тота Виктор увидел лицо Иберия, который ободряюще ему кивнул, улыбаясь. Виктор поблагодарил и его. Образ Тота медленно растворился. Пока Виктор обескураженно соображал: почему он увидел Иберия...
...К нему уже приближался Анубис. Только сейчас Виктор увидел, что боги выходят из классического древнеегипетского каменного прямоугольного портала с поверхностью в нём похожей на ртуть, по цвету также серебристой и бликующей. Голова у божества оказалась не чёрной, как изображали на фресках древние египтяне, кстати, и не собачьей в полной мере, а какой-то очень необычной и, естественно, гармоничной. Анубис также держал в руках энергетический шар зеленовато-желтоватого цвета, который ещё и переливался глубоко синим или лазурным. Виктор уже понял, что он сам начнёт говорить.
— Приветствую тебя, — произнёс Анубис глубоким, звучным, волнующим Душу голосом. — Прими способность проникать в отражённые и иные миры, способность различать скрытое в явном.
Этот ресурс вливался в Виктора не так легко. В одно мгновение он даже подумал, что ресурс проникновения остановил своё перетекание в него.
Анубис смотрел на Виктора, и тому даже показалось, что он ждёт чего-то.
— Благодарю тебя, Анубис, — сказал Виктор, склонив голову в почтении, когда этот ресурс вошёл, наконец, полностью. — Спасибо, что помог найти меня, как затерянное воплощение Хэя, будущего жреца, погибшего невинно, с нарушением его воли.
Анубис молчал... Виктор вдруг увидел чётко его глаза. Они были чёрными, живыми и безмолвными, как глубокая бездонная ночь. Ему даже показалось, что их взгляды, встретившись, соединились невидимой прочной мистической связью.
Неожиданно Анубис протянул правую руку и возложил её на левое плечо Виктора. Тот почувствовал, как в него стало полным потоком вливаться что-то важное, глубокое и необъятное...
— Это великая честь. Ты получаешь то самое качество и силу, которое вы называете Просветлением. Это заключительная часть Мистерий Осириса. Все же нужные знания ты получил через то, что я уже передал. Используй их с мудростью и по мере.
— Благодарю тебя, Анубис! — повторил Виктор.
Анубис отступил. И Виктор вдруг почувствовал его. Это был человек, но с таким огромным количеством позитивных, без границ человеческих качеств, что Виктор только в этот момент окончательно понял, чего же он хочет от себя, других и Мира. В этом существе ощущалась сама Жизнь и строгое, удивительно концентрированное божественное удовольствие от неё. Образ Анубиса, кто продолжал пристально смотреть в глаза Виктору, медленно растаял.
Перед ним уже стояла Богиня Хатхор. Непостижимое ощущение глубокой любви и восхищение Великой Богиней, Женщиной с большой буквы охватило Виктора. Он её уже видел в двойном сновидении, и сейчас она была совсем близко. Это была красивая, твёрдо и одновременно тепло смотрящая на него женщина. Её чуть раскосые глаза Виктору неуловимо привычно кого-то напоминали. Глаза Хатхор даже немного смеялись в уголках. От Богини исходило не просто сияние, но тепло, нежность, чувственность, материнство и мягкое, но властное ощущение покровительства и заботы. Хатхор держала в руках крупную длинную голубую лилию, что мерцала синеватым светом.
— Приветствую тебя! — Голос Хатхор был гулким, торжественным и проникал в само естество, слегка вибрируя в теле Виктора. — Прими символ победы Духа над человеческими чувствами, символ Мудрости и Достоинства, обладающего Сокровенным Знанием, символ Тайны Творения, основу твоей зарождающейся Божественной Любви…
Виктор принял Голубую лилию из её рук и медленно, торжественно вложил в себя. В теле что-то вновь завибрировало, и он ощутил, будто нечто мягким толчком вспыхнуло в нём, наливаясь искрящимся светлым жаром, видимыми внутренними всполохами радужного света. Одновременно он чувствовал, что Хатхор закончила с официальной частью и должна сказать что-то более земное, тёплое и человеческое.
— Ты получил ту часть Творения, которая будет востребована, в том числе и для творения Тела Света, — неожиданно закончила Богиня фразу почти техническим термином. Её голос звучал, как совершенная музыка, был удивительным и неповторимым.
— Моя жрица просила за тебя. Именно за тебя Виктор, — совсем неожиданно для него добавила она. — Шу вопрошала меня дать возможность воплотиться в твоём мире, чтобы ты узнал её и не прошел мимо. Я помогу и тебе и ей.
Виктор склонил голову с почтением и благодарностью Великой Богине.
— Когда окажешься перед моментом Творения Света, призови меня. Визуализируй в теле Голубую лилию, горящую мерцающим светом, и только после этого «входи» в дух Хэя. Помни: призыв моей ипостаси будет финальным после призыва других богов и богинь. Именно ресурс Любви и Мудрости должен быть заключительным перед объединением ваших миров.
— Благодарю, Хатхор! Спасибо за помощь, что оказываешь нам и великую честь разговаривать с тобой вот так, как сейчас. Мне необходимо узнать и запомнить какие-либо ритуальные вербальные манифестации?
— Ты скажешь всё сам: будешь знать, что следует. Тебе уже многие это говорили.
— Да, спасибо тебе ещё раз, Великая Богиня!
— Мне пора! У тебя заключительный ресурс и… самый важный! —
Хатхор открыто улыбнулась. Её образ как бы затуманился, продержался ещё несколько мгновений и потом быстро и плавно растворился...
Теперь перед Виктором проявлялся горящий светом золота силуэт высокого человека. Он подходил к нему чётко, быстро и одновременно, очень плавно и грациозно. Светящийся ореол вокруг контура его тела сверкал и усиливался в своей интенсивности. Свет ослеплял и вызывал всецелое благоговение.
— Лучезарный Ра, — стремительно, с пониманием пронеслось в голове.
Ра подошёл совсем близко. Виктор был полностью в его свете и волнующих, искристых, волшебных, вдохновляющих энергиях. Глаза Виктора уже не видели прежнего окружения: он смотрел каким-то совсем другим взором на всё происходящее. Теперь Виктор мог видеть его. Это был высокий стройный мужчина в длинном белом свободном одеянии. Золотистые волосы рассыпались по плечам. На голове царский изысканный обруч со странными символическими рельефными изображениями. Подпоясан Ра тоже золотым обручем. Что странно, выглядел он очень знакомо, необычно, естественно и гармонично. Ра приветливо, еле заметно улыбался Виктору и кивнул просто как давнему знакомому, чем поразил того в самое сердце.
— Приветствую тебя! Ты не ошибся. Мы уже не раз встречались. В твоих воплощениях в Аттике я всегда покровительствовал тебе, давал возможность снять наложенное заклятье в том воплощении.
— Аполлон?! — Виктор задохнулся от восторга.
И он вдруг ясно вспомнил все незабываемые встречи с ним в прошлых жизнях, а также появление на божественной громогласной Солнечной колеснице, когда Виктор выходил на показательный учебный сеанс на летнем тренинге для работы на нейрологических уровнях с личным трудоголизмом. Его архетип постоянно присутствовал в нём. Виктор чувствовал его, но земные будни и сознание гасили возвышенные ощущения «пребывания» в Свете.
— Да, я Божество Видимого Солнца. Греки практично использовали мой образ для включения в свой пантеон богов, придав мне светский и вдохновенный образ, снабдив, правда луком и стрелами.
Ра слегка иронично и покровительственно улыбнулся Виктору.
— Я всё знаю, — просто сказал он. Это заключительная инициация. Ты войдёшь в Свет, станешь Светом и сможешь Его сотворить. У тебя особая миссия: передать эту инициацию далёкому, но близкому по духу человеку, который искал Истину, но был вовлечён в искушение, погиб во имя Любви, Света, Правды и сейчас полностью готов к Преображению. Его обучение будет закончено, как только ты войдёшь в него, вольёшься, инициируя, как это сейчас сделаю я.
Ра поднял обе руки в жреческом жесте ладонями вперёд, за ним начал разливаться бело-золотой свет с голубоватыми всполохами. Виктор понял, что может не успеть поблагодарить, и воскликнул в порыве:
— Благодарю тебя, о Лучезарный Ра! Спасибо за Свет, Радость, Счастье и возможность познать себя в Свете!
— В Добрый Путь! — Эти слова Ра Виктор услышал одновременно с его шагом навстречу к нему. Теперь перед Виктором сияло яркое солнечное зарево благодатного Золотого Света…
Свет Солнца был везде, Свет был повсюду, все сущее было пронизано этим восхитительным и захватывающим ресурсом. Свет входил в Виктора… Это было ни с чем несравнимое, восхитительное ощущение. Нечто похожее он однажды испытывал на море в шторм, когда вдруг могучая морская волна захватила его, разрушив сознательный контроль и понесла к берегу, играючи переворачивая в плотной, прозрачной, лазурной, энергетически насыщенной неистовой жизнью морской стихии. Он был полностью поглощён Светом, который точно также переворачивал в нем всё, что Виктор пытался сознательно контролировать и управлять.
Свет входил в него. Это было как триумф, как победа, как полет в небесах, как торжество Света над Тьмой. Неожиданно включился общий аудиальный канал восприятия. Непередаваемой красоты ангельский хор и уже знакомый ему небесный, необъятный, неземной орган славили Бога. Виктор был Светом. Он был Творением!..
Виктор даже не уловил, когда всё закончилось. Он стоял на Линии Времени, на «точке эффектов» в Будущем и пытался осмыслить всё, что увидел и ощутил.
Сбивчиво, чтобы Наталия обязательно запомнила, Виктор рассказывал ей все детали прошедшего Посвящения. Наталия довела технику до логичного завершения, и он сошёл с Линии Времени. Итоговых баллов было очень много – двадцать один, что при таких происходивших вещах было совсем не удивительно.
А он ещё расстраивался, что вроде всё идёт не так масштабно и качественно, как бы хотелось. Концовка была такой стремительной, яркой, образной, торжественной, что Виктор ещё долго не мог прийти в себя и успокоиться. Наталия сказала, что её неудержимо «трясёт» и сообщила, что частично видела происходившее с Виктором в квантовом мире. Она выглядела воодушевлённой, её глаза лихорадочно сверкали от сдерживаемого восторга, но Наталия явно падала от усталости, и им обоим нужен был срочный отдых. И они, наконец, в изнеможении побрели на кухню пить чай...
Минут через десять на них навалилась неимоверная вселенская тяжесть. Это тяжесть была везде. Особенно она проявлялась в воротниковой зоне и верхней части плеч, как будто бы там были навешаны тяжкие чугунные гири, как истязающие вериги у христианских аскетов. Это был «центр сборки». Ещё минут сорок они просто сидели за столом и «тупо» смотрели друг на друга. Иногда молча крутили головами, говоря этими жестами, что всё было «круто»! Крепкий свежезаваренный чай почти не снимал это состояние. Наталия сказала, что на финальной стадии, когда «пошли» древнеегипетские боги, потеряла счёт времени и ощущение нашего пространства. Она видела и Виктора, и одновременно другие миры, которые, очевидно, уже имели отношение к ней самой. Через неё проходили все эти энергии, что проходили через него. Все ресурсы, что Виктор получал, фиксировались и в её в сознании, но проявлялись совсем по-другому...
Тело до сих пор гудело. Оно пыталось спешно адаптироваться к этой иной вибрационной составляющей. Через силу Виктор заставил себя и Наталию вспомнить все сюжеты и детали проведённой ими работы. То, что она видела, слышала, когда он в трансе комментировал приходящие образы. Так они спасли от забвения видения, что были у него. Даже сейчас, на этом этапе, Виктор успел подзабыть в сознании добрую половину полученной удивительной визуальной квантовой информации.
Наталия, наконец, сказала, что у неё просто нет сил и, собравшись, еле передвигая ноги, отправилась домой отдыхать.
Виктор долго не мог заснуть. Проявилось усиливающееся сердцебиение, у него начало давить сердце. Он пытался с этим справиться известными ему методами, но ничего не помогало. Каким-то образом умудрился забыться сном часа на полтора, но, проснувшись в три ночи, больше так и не уснул. Его «колотило и трясло» как в известной песне. Виктор уже начал тревожиться, что придётся вызывать «скорую», но к семи утра всё стало понемногу стихать. Навалилась жестокая, тупая и давящая головная боль, похожая на ту, что он испытал «в чистилище». Исходя из уже пережитого, Виктор начал понимать, что процесс интеграции заканчивается. И, наконец, смог заснуть.
Проснулся он в двенадцать дня. Головная боль ещё оставалась, но была уже не такой неистовой. Весь следующий день, слава Богу, была суббота, Виктор то валялся на диване, неподвижно смотря в потолок, то бесцельно слонялся по квартире. Сил абсолютно не было. Можно было совершенно определённо считать, что процесс трансмутации всё ещё продолжался. Очень хотелось пить. В этот день он, наверное, выпил литров пять спасительной жидкости. С Наталией всё было примерно также. Они, охая, обменявшись внутренними ощущениями и впечатлениями по телефону, долго не смогли разговаривать и условились обсудить всё попозже. И на следующий день Виктор проснулся полностью обновлённым.
В окно светило яркое весеннее солнце. Голубое небо врывалось к нему и приглашало в Мир. Хотелось свежего воздуха, света и перемен. Голова немного в каких-то микроскопических её участках ещё побаливала, но общее состояние было бодрым и приподнятым, не то, что в субботу.
Позавтракав, Виктор отправился погулять в парк, фотографировать пробуждающуюся природу и в этом медитативном процессе поразмыслить обо всём, что пережил и узнал. Ранее он волновался, что предстоящая работа пройдёт невыразительно и без полного погружения, но был в финале вознаграждён: всё произошло так, что он даже не ожидал такого качественного результата. Вот таким образом и завершилась эта удивительная по своей насыщенности событиями очередная глава повествования его Пути...
________________________________________
[4] Уас (др.-егип. w3s) – древнеегипетский символ, встречающийся в искусстве, иероглифике, связанной с древнеегипетской религией. Изображался в виде длинного посоха с раздвоенным концом и навершием в виде головы животного бога Сета. Посох уас был символом власти и силы, ассоциировался с древнеегипетскими богами Сетом, Анубисом, и фараоном. Позже уас обозначал борьбу с силами хаоса, которыми руководил Сет. «Посох» - уас могли носить не только боги и фараоны, но и влиятельные чиновники, жрецы высоких иерархий. Уас был символом IV нома в Верхнем Египте со столицей Ау-Сет (Фивы).
[5] Навéршие (навéршье) – верхушка какого-либо изделия (рукояти меча, древка знамени, посоха, жезла), то есть, оправа, украшение на его верхнем конце
© Vladimir d’Ar, 2022